Джеймс Куинси — топ-менеджер с большим стажем, успевший поработать по всему миру, — недавно был назначен президентом и главным операционным директором The Coca-Cola Company. Мы поговорили с Куинси о его прошлом, предыдущей работе в Coca-Cola, сложных задачах и возможностях, которые ждут его впереди. 

— Расскажите нам о своем прошлом.

— Я родился в Лондоне, но прожил три года в Хановере, штат Нью-Гэмпшир. Мой отец был преподавателем биохимии в Дартмутском колледже. У меня есть младший брат, родившийся уже в США. В детстве мы видели много снега, и я рано начал кататься на деревянных лыжах. Когда мне исполнилось пять лет, мы переехали в Бирмингем — индустриальный город в центральной части Великобритании. Я ходил в местную школу. Полагаю, что лучше всего мне давались научные дисциплины. В начале восьмидесятых я предвидел, что будущее за электроникой, и поэтому пошел учиться на инженера по электронике в Университете Ливерпуля. Во время обучения обнаружил, что есть люди, которые лучше меня разбираются в полупроводниках, зато я действительно хорош в ведении бизнеса. Поэтому покинув Ливерпуль, я устроился в Bain, на тот момент начинающей консалтинговой фирме.

— Как развивалась ваша карьера в Bain?

— Это был период, когда компьютеры еще только начали появляться на рабочих местах, и люди, которые умели анализировать большие объемы информации и привносить полезные бизнес-идеи и стратегии, действительно приносили пользу компаниям. Я был хорош в подобного рода вещах. Когда я проработал в Bain уже несколько лет, у нас появился новый клиент — DHL, который хотел, чтобы мы сделали кое-какую работу на Дальнем Востоке. Мы приехали в Гонконг в 1988 году и основали там представительство Bain. Затем, в 1989-м, группа специалистов, отколовшихся от Bain и британской компании McKinsey, организовала собственную фирму Kalchas Group. Они наняли меня, и там я был «работником № 6» или что-то в этом роде. Я стал партнером. Я всегда хотел работать в Америке, поэтому предложил Kalchas Group открыть американский офис. Я приезжал в США в 1992 и 1993 годах, чтобы реализовать несколько проектов, и после этого уже организовал там наше подразделение. Мы начали в Чикаго, где проработали несколько лет, а потом переехали в Нью-Йорк. Здесь меня и «завербовали» в Coca-Cola.

— Как вы попали в Coca-Cola?

— Каждый специалист в консалтинге достигает определенного момента: ты партнер, тебе уже за тридцать и у тебя появляется выбор. Ты либо остаешься в консалтинге на долгое время, либо перепрыгиваешь в корпоративную сферу, где уже не даешь советы, а самостоятельно принимаешь решения и живешь с их последствиями. Так случилось, что я достиг этого момента. Примерно в это же время мне и позвонили из Coca-Cola. Они сказали: «Приходи и делай все эти свои консалтинговые штуки, и после этого мы дадим тебе возможность руководить частью нашего бизнеса». В конце концов так и случилось.

— Вы начинали в Атланте?

— Я переехал в Атланту в конце 1996 — 1998 года. Базировался там, но поддерживал латиноамериканскую группу компании, работал с Тимом Хаасом и президентами подразделений того времени. Приезжал в Мексику на девять месяцев, где работал исполнительным помощником Хосе Октавио Рейеса. Затем, в начале двухтысячных годов, переехал в Аргентину, чтобы занять пост управляющего местного подразделения.

— За свою карьеру вы успели пожить в разных местах. Расскажите об этом с точки зрения жизненного опыта для вас и вашей семьи.

— Всегда интересно пожить в разных городах и странах как с профессиональной, так и с личной точки зрения. Главное здесь — правильный настрой. Если вы хотите заниматься только тем, что для вас привычно на родине, подобный образ жизни может оказаться для вас просто невозможным. Но в каждом месте на планете можно найти новые, интересные занятия. Приобщившись к этому, вы сможете действительно насладиться своей жизнью. Это справедливо и для моей семьи. У меня есть жена Джеки, сын Сэм 15 лет и дочь Гэби 13 лет. Они тоже должны быть счастливы. В мире найдется не так много счастливых руководителей, чьи семьи несчастливы.
— Какими своими достижениями в Coca-Cola вы гордитесь больше всего?
— Больше всего горжусь тем, что нам удалось сделать ради того, чтобы обеспечить нашему бизнесу успех в длительной перспективе. Например, тем, как мы смогли пережить экономический кризис в Аргентине, учитывая всю работу, проделанную в отношении упаковочных решений и роста выручки. В конечном итоге она привела к установлению успешного бизнеса, который был продолжен другими руководителями. Когда я прибыл в Мексику, наше подразделение не развивалось уже на протяжении нескольких лет. По правде говоря, мы все «цапались» друг с другом. Мы должны были прийти туда и сказать: «Нам нужно новое видение. Мы должны победить на этом рынке. Нам нужно разобраться с внутренними проблемами. Мы должны стать организованными. Нам нужен лучший маркетинг. Нам нужна более инвестиционно привлекательная коммерческая стратегия».

Мы должны были показать, что можем расти и можем снова побеждать. Было очень приятно видеть, как все дружно включились в работу, чтобы достичь заявленного результата. После этого наш бизнес в Мексике был заряжен на успех на несколько лет вперед, и, оттолкнувшись от этого фундамента, сотрудники сделали его еще лучше. А дальше были сделки по приобретению компаний, выпускающих соки, — Jugos del Valle и innocent — и недавно объявленное соглашение с ботлерами (образование компании Coca-Cola European Partners). И наконец, было здорово наблюдать, как работавшие со мной менеджеры среднего звена выросли до уровня президентов подразделений по всему миру. Создание сплоченного коллектива — это единственная гарантия долгосрочного бизнеса.

— На вашей последней должности в качестве операционного директора в Европе вы были очень заметным представителем компании. Каково это — быть руководителем, особенно когда вашу компанию или ее продукты подвергают критике и даже открыто атакуют?

— Руководитель должен вести за собой. Если у общественности есть сомнения — неважно, основаны ли они на субъективном восприятии или фактах, — руководитель должен встать на защиту компании. Дело в том, что у работников будут те же самые сомнения. Маловероятно, что люди, которые работают в Coca-Cola, значительно отличаются от своих друзей и других окружающих. Ты должен встать на защиту своей компании в первую очередь ради своих сотрудников и сказать: «Вот правда, а вот — неправда, вот то, что мы думаем по этому поводу, и вот что мы собираемся с этим делать».

1 «Вопрос — ответ»: Интервью с президентом Coca-Cola Джеймсом Куинси

Джеймс Куинси, президент и главный операционный директор The Coca-Cola Company, вместе с Мухтаром Кентом, председателем правления и генеральным директором The Coca-Cola Company. Куинси, отработавший в компании 19 лет, начиная с 13 августа 2015 года принял на себя ответственность за всю международную операционную деятельность компании.

— Какова была ваша реакция, когда Мухтар Кент предложил вам эту должность?

— Что ж, полагаю, я подумал: «Вау, он действительно сказал это?» Я ответил: «Звучит фантастически. Просто великолепно! И огромное вам спасибо. Для меня это большая честь».

— В качестве главного операционного директора Coca-Cola вам придется отвечать за деятельность компании по всему миру. Чему вы должны научиться в этой новой роли? Как вы будете справляться с этой работой?

— Во-первых, есть некоторые моменты, в которых я не слишком хорошо разбираюсь. Мне нужно понять и изучить многое о Северной Америке, Азиатско-Тихоокеанском регионе и некоторых частях Евразии. Я видел их бизнес-планы и знаю всех этих людей, но это не означает, что я понимаю их ключевые рычаги, как они добились успеха и с какими проблемами столкнулись. Во-вторых, стоит определиться с тем, как я могу привнести ясность и лидерство и тем самым помочь всем этим людям выполнять свою работу.

Заставить такую большую корпорацию работать можно, лишь наделяя возможностями и вдохновляя других руководителей и сотрудников. Я должен научиться руководить в подобных масштабах. Вот единственный путь, на котором мы можем достичь результатов. Этого не случится, если я доставлю больше бутылок Coca-Cola или напишу больше электронных писем. Это произойдет, только если я смогу помочь другим работать лучше.

— Какой продукт Coca-Cola вам нравится больше всего?

— Я бы сказал ‑ Diet Coke, но на самом деле я очень демократичен в своем выборе. Я употребляю целый ряд наших продуктов каждый день. Вся моя семья начинает утро с соков innocent. Затем я выпиваю smartwater, Coke, Diet Coke… и целый ряд других негазированных напитков.

— Что вам больше всего нравится в работе в Coca-Cola?

— Возможность взаимодействовать с огромным количеством людей, с удовольствием занимающихся нашей общей деятельностью, и то, что это работа на бренды, которые заботятся о людях.